100kitov.ru

Интересные факты — события, биографии людей, психология
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Дагестанские мастера гончарного ремесла

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана

Лакцы — одна из народностей Дагестана, населяющая местечко Балхар, в горной части Акушинского района. Этот небольшой аул с давних времен является центром народного творчества, сосредоточением таких видов искусств, как ковроткачество и изготовление игрушек. Но особенно пользуется известностью балхарская керамика.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 1

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 2

По некоторым данным производство изделий из глины на территории Дагестана восходит ко времени неолита. Одни из самых ранних черепков, которые находят при археологических раскопках, датируются VI-V тысячелетиями до нашей эры. Подобные части керамических изделий имеют довольно аскетичные формы и не отличаются изяществом. Однако с течением времени гончарное дело совершенствуется. Более поздние черепки начинают проявлять тонкость изготовления и развитие художественного вкуса у народов, населявших эти края. К III тысячелетию до нашей эры появился гончарный круг и был существенно усовершенствован процесс обжига, что самым благоприятным образом сказалось на керамике. К I тысячелетию до нашей эры просматривается производство крупных сосудов для хранения масла, вина и зерна. В период раннего средневековья в Дагестане уже сложились известные нам основные центры гончарного мастерства: Балхар, Джули, Кахуль, Эндери, а также Сулевкент, лезгинский аул Испик и некоторые другие. Но особенно способствовал развитию обработки глины приход арабов в VII веке и активное вовлечение населения в международную торговлю. Качественный скачок обеспечила потребность в изготовлении глиняных изделий для широкого круга заинтересованных покупателей, когда стало необходимо конкурировать с другими гончарами.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 3

Легенда гласит, что первым открыл искусство общения с глиной некий добрый бедняк Калкуччи, который научил всех односельчан этому мастерству, однако самые изящные изделия получались только у женщин. Поэтому в былые времена лепкой из глины занимались исключительно женщины, а мужчины развозили готовые изделия на повозках по всему Дагестану. В настоящее время этим старинным ремеслом занимаются и женщины, и мужчины.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 4

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 5

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 6

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 7

Развитию гончарного производства способствовали обширные залежи нескольких видов глины, залегающих вблизи села. Мастера используют гончарный круг, но посуду, к примеру, не вытягивают из единого куска глины, а используют глиняные мягкие жгуты для наращивания формы, после чего тщательно разравнивают поверхность. Белая и желтая глины используются в качестве краски, для росписи изделий перед обжигом. Причем желтая глина после печи обретает выразительный красный оттенок. Запекают керамику в особых печах, которые здесь называют «чара» — это сооружение из двух этажей, где на втором располагаются глиняная посуда, а на первом разводят огонь.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 8

Дагестанские гончарные изделия делают обливным и необливным способом. В ауле Балхар изготавливается именно первый, можно сказать реликтовый вариант.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 10

Современная балхарская керамика, безусловно, сохраняет в себе черты старинных изделий, ведь в этом месте очень трепетно относятся к традициям и чтят заветы предков. Поэтому даже самый новый горшок, буквально вчера остывший после обжига, будет не менее красив и аутентичен, нежели его старинные собратья.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 11

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 12

Изделия характерны сдержанностью, выверенностью форм, элегантностью и выраженной, узнаваемой индивидуальностью. В основном изготавливаются разнообразная посуда, предметы интерьера, свистульки, колокольчики, фигурки людей и животных, отображающие простую, полную трудов повседневную жизнь горцев.

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 13

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 14

Балхарская керамика. Народные промыслы Дагестана, фото № 15

Балхарская керамика привлекает удивительной скромностью исполнения, преисполненной достоинства, доброты и загадочности. Посуда славится тонкостенностью, легкостью, прочностью и чудесной, самобытной росписью. Стоит упомянуть, что выдающийся поэт и прозаик Расул Гамзатов упоминает балхарских гончаров в своей книге «Мой Дагестан». Малоизвестная за пределами Дагестана, балхарская керамика завоевывает в последнее время все больше поклонников и ценителей этого вида искусства. Также можно все чаще увидеть удивительную балхарскую керамику на выставках и в музеях, ведь это настоящее чудо горного Кавказа.

Глина с молоком: в Дагестане восстанавливают технологию старых гончаров

Необычная испикская керамика получила свое название по наименованию села Испик в Южном Дагестане, где была обнаружена. Но в сувенирных магазинах республики ее не найти — да и вопрос о ее происхождении все еще открыт.

— Есть разговоры, что это грузинская керамика, для Дагестана она не характерна, очень уж красива и изыскана, но это не может быть правдой, потому что абсолютное большинство экспонатов найдено на территории Дагестана. Но хотелось бы выяснить для себя, насколько это именно Испик, — говорит директор Музея истории города Махачкалы Зарема Дадаева.

Читайте так же:
Зачем грибу шляпка?

Она объясняет, что отличие испикской керамики в том, что это единственная в Дагестане декоративная, а не использовавшаяся в быту посуда. Она носила сакральный смысл и иногда служила оберегом — ее вешали на входе в дом от сглаза.

Так же, как и происхождение, до сих пор вызывает вопросы и то, как именно изготавливалась эта посуда. Технология утеряна. Но несколько лет назад жители Сулейман-Стальского района решили возродить дело старых гончаров. Корреспонденты «Это Кавказ» отправились на юг Дагестана, чтобы узнать, насколько им это удалось.

«Хорошая работа»

Фото: Евгений Костин

— Нет, Мухаммад был вторым. Ты третий! Потом Имам…

Очередь к гончарному станку в небольшой мастерской Набиюллы Керимханова в селе Касумкент выстраивается каждую субботу: желающих восемь человек, станок один. Здесь сельские мальчики и девочки под руководством единственного в Южном Дагестане мастера пытаются научиться лепке из глины.

Шамилю девять лет. Он мнет в кулачках глину — готовит ее к работе. Лепить мальчик учится два года. Как и все новички, начинал с небольших пиал. Сейчас уже может сделать кружку.

— Это хорошая работа, — запуская гончарный круг, Шамиль объясняет, почему занялся керамикой. — Вначале, правда, плохо получалось, ручки у кружек кривые были.

Шамиль не без гордости говорит, что на одну вазочку у него уходит полчаса. Проверить мы не успеваем — у станка его сменяет другой ученик.

Давать уроки детям Набиюлла Керимханов стал несколько лет назад, когда понял, что достиг такого уровня мастерства, что можно передавать его другим.

Набиюлла работает в краеведческом музее в Касумкенте, райцентре Сулейман-Стальского района Дагестана. До этого окончил худграф в Махачкале, занимался живописью, преподавал в школе. Керамикой занялся в 2011 году.

Фото: Евгений Костин

— Никто меня не учил. Бабушка умела это делать, видимо, ее талант мне передался. Тогда, в начале XX века, таких станков не было. Все делали вручную. Бабушка лепила, а дедушка обжигал. А этот круг я собрал сам. Сначала просто сел, попробовал лепить. Как эти дети — пиалочки, вазочки.

Работать одному, без подсказок, было сложно. Навык нарабатывался методом проб и ошибок.

— У меня давно было желание возродить испикскую керамику, — объясняет Набиюлла. — Знакомый из соседнего села, историк, керамист Закир Ибрагимов тоже давно говорил мне, что надо это дело возродить. Однажды меня вызвал к себе глава района. А Закир уже сидел у него в кабинете. Глава спросил, хочу ли я этим заниматься? Я ответил, что могу начать. Мне дали станок, не этот, другой, и я стал работать.

Работает увлеченно — говорит, что глина успокаивает нервы.

— Прихожу с работы и, бывает, до самой ночи за гончарным кругом. Жена иногда приходит: «Полвторого, спать надо. Хватит уже!» Но это так успокаивает. Вы знаете, что некоторые наши чиновники, министры занимаются на гончарном круге, чтобы снять стресс?

Фото: Евгений Костин

Немногим позже, оставшись без контроля учителя, ребята измажутся глиной. Их школьные рубашки будут испачканы, а в грязных брюках будет стыдно идти по селу. Но мальчишки счастливы — занимались любимым делом.

Зачем глине молоко…

Набиюлла оставляет ребят в мастерской и провожает нас в дом. На большом обеденном столе разложены вылепленные изделия: кувшины, вазы, стаканы, блюдца, джезвы.

Фото: Евгений Костин

— У меня небольшое помещение, пространства мало, полок не хватает, — объясняет мастер.

Все изделия еще предстоит обжечь. Ждать своего часа они могут от двух недель до нескольких месяцев. Половину другой комнаты занимает уже обожженная керамика. Кастрюли, вазы, тарелки, горшочки для соуса, пивные кружки выставлены на продажу. Покупатели прямо здесь, сидя на полу, выбирают себе посуду. Стоимость кружки начинается с 200 рублей, горшочек для запекания обойдется в 500−600, ваза для фруктов — в 1500−1800.

Читайте так же:
Как из «Дефендера» сделать кемпер высокой проходимости

Патимат Гамзатова, искусствовед:

Испикская керамика — это условное название, которое ввела искусствовед Эльза Кильчевская. Много раз подвергали сомнению, производилась ли эта керамика в Испике или нет.

В середине XIX веке эти изделия уже не производили, они были уже коллекционными. Больше всего их было куплено музейщиками в аварских районах Дагестана, и они там назывались «имбирские блюда» по названию селения Имбири.

Чаще всего по бортам испикских тарелок идет выпуклый рисунок. Там бывают и антропоморфные фигуры, очень часто кони и много растительных элементов. Кроме того, эти блюда отличаются красивой глазурью — или в желтых тонах, или чаще в зелено-коричневых. На сегодняшний день эту керамику пока никто не возродил.

На 20−25 больших кувшинов нужен мешок глины. Ее Набиюлла добывает сам в соседнем селе Испик, от которого и произошло название керамики.

— Я раньше на своей машине привозил два-четыре мешка, но приходилось постоянно ездить. Потом просто взял трактор с ковшом и за раз привез несколько тонн. На несколько лет хватит. Чем глубже копаешь, тем глина качественнее.

Но испикскую керамику, скажем, от балхарской или сулевкентской отличает, конечно, не только география. Одна из традиционных процедур, по словам мастера, — омолочение. Полуготовое изделие на несколько минут замачивается в молоке, а потом идет на новый обжиг. От молока на посуде остаются красивые белые разводы.

— Сперва обжиг: температура в печи — 800 градусов, посуда отправляется туда примерно на трое суток. Потом ее нужно остудить. После погружаю каждое изделие в таз с молоком комнатной температуры, предварительно подсластив его: на литр молока три-четыре ложки сахара. Это делает изделие прочным, — поясняет Набиюлла.

В молоке посуду замачивают 5−10 минут, каждую новую партию изделий — в новом. Затем «полуфабрикаты» несколько часов сушатся и снова отправляются в печь. После двух часов обжига на изделии проступает «молочный» рисунок.

В Дагестанском селе изготавливают керамические изделия с использованием молока

Этот цех сегодня — единственное место, где занимаются производством традиционной сулевкентской керамики. И местные жители, и туристы часто заходят сюда как в музей. И редко уходят без сувенира — кувшина с изображением древнего аула, кружки для молока или чирага — глиняной лампы, которую надо заправлять маслом или керосином. Изделия молодых мастеров из Сулевкента, села в Хасавюртовском районе Дагестана, все чаще можно увидеть на выставках или ярмарках в Дагестане и других регионах Северного Кавказа.

Ученики художественной школы в Сулевкенте умеют обращаться с гончарным кругом, гипсовой формой для отливки керамических изделий, а те, что постарше, — и с печью для обжига. Они учатся повторять изделия старых сулевкентских гончаров, чье мастерство чуть было не оказалось утраченным навсегда. Несколько лет назад восстановлением традиционного промысла занялся руководитель школы Рустам Абдуллаев.

Рисунок покинутого аула

Детская рука старательно выводит на боку глиняного кувшина контур сторожевой башни у высокой скалы, гор, реки — очертания Старого Сулевкента. В этом горном ауле когда-то жили мастера-гончары, а теперь там никого нет. Люди давно перебрались на равнину, основав новое село между Хасавюртом и Бабаюртом, которое тоже назвали Сулевкентом. Рисунок на кувшине — способ сохранить память о малой родине.

Узор сначала наносят кисточкой, а потом прорезают специальным инструментом по сырой глине

«Аул основали шесть семей — они поселились у реки, чтобы построить водяную мельницу, и попутно начали заниматься гончарным ремеслом. Горные реки беспокойны — случалось, река внезапно поднималась и сносила все строения. Но наши предки строили заново, на том же месте, потому что рядом была глина, которая позволяла зарабатывать на хлеб», — рассказывает Рустам Абдуллаев, директор художественной школы Хасавюртовского района, управляющий гончарным цехом МУП «Сулевкентская керамика».

Читайте так же:
Что есть в жару, чтобы справиться с перегревом — разбираем по пунктам

Рустам учит древнему сулевкентскому мастерству детей так, как в старину, когда в ауле не было ребенка старше девяти лет, не умеющего обращаться с глиной. Сейчас у него больше 70 учеников: три группы занимаются посменно. Мальчики осваивают работу с гончарным кругом и гипсовыми формами, девочки — роспись керамических изделий.

Пятиклассница Нина расписывает глиняную кружку узором, похожим на крылья бабочки. Девочка занимается здесь уже около года. «Я рисовать люблю, в прошлом году пришла сюда учиться — понравилось. Сейчас уже сама могу придумывать узоры», — говорит она.

Узор на изделие сначала наносят кисточкой, а потом прорезают специальным инструментом по сырой глине. Традиционный декор сулевкентской посуды, который можно увидеть на изделиях старых мастеров, — прямые и волнистые линии, обозначавшие основные стихии.

«Наши предки считали силы стихий божествами. Вот, например, прямая волна — это вода, обратная волна — земля. Есть узор для обозначения огня, воздуха», — показывает Рустам древние орнаменты, восстановленные им и его учениками уже на современных кувшинах и чашах. Еще один символ, который довольно часто встречается на старинной керамике из Сулевкента, напоминает большую букву S или символ бесконечности. Его значение, по словам Рустама, разгадать до сих пор не удалось.

Зачем нужно молоко

В соседнем помещении несколько мальчишек «колдуют» над гипсовыми формами, в которых обычная глина должна превратиться в затейливый чайник в форме «лампы Аладдина», в настоящую масляную лампу — чираг, или в сувенирную фигурку.

Ученики создают чайники в форме «лампы Аладдина», масляные лампы — чираги, сувенирные фигурки

«Гипс хорошо впитывает влагу — мы заливаем в форму глину для будущего изделия, и примерно через два часа вся влага из нее выходит, и изделие можно вынимать», — объясняет Рустам. Но до окончания работы еще далеко: будущему изделию нужно вручную придать окончательную форму, просушить, натереть влажной губкой для придания гладкости, снова высушить, обжечь.

«После первого обжига происходит молочение — изделие выдерживается в молоке. Благодаря этому оно приобретает более темный цвет, становится более прочным и не пропускает воду — молоко забивает все поры внутри глины. Так раньше делали наши предки, теперь так же делаем мы», — рассказывает мастер.

По его словам, молоко для этих целей подходит не всякое — только настоящее домашнее. «Мы пытались пользоваться молоком из магазина — не подходит, цвет получается не такой, гораздо бледнее. Теперь только в домашних хозяйствах покупаем молоко. Кстати, пока керамические изделия обрабатываются в молоке, оно не киснет — таково свойство керамики», — говорит Рустам.

Мальчики в школе осваивают работу с гончарным кругом и гипсовыми формами, девочки — роспись керамических изделий

Глина тоже нужна специальная, гончарная. Слишком жирная не подходит: в нее приходится добавлять песок, но тогда изделие может потрескаться при обжиге. «Если взять небольшой кусочек в руки, полить водой и хорошо размять, хорошая гончарная глина будет мяться, как пластилин, не трескаться. Специалист качество глины руками определяет. Я давно научился этому. Даже на глаз могу», — говорит Рустам.

Сейчас глину для сулевкентской керамики берут за 25 км от села, в лесу. В помещении цеха есть специальный чан, в котором эту глину вымачивают не меньше суток — только после этого она идет в работу. Огромного чана хватает, говорят, примерно на неделю.

Тайна древнего рецепта

Рустам Абдуллаев начал заниматься возрождением древнего промысла с 2011 года. Сам учился у старого мастера, потом закончил художественно-графический факультет Дагестанского педуниверситета, начал преподавать. Теперь уже его ученики всерьез думают о поступлении на худграф, чтобы потом профессионально заниматься керамикой, продолжая доставшееся по наследству дело.

Читайте так же:
Почему нужно вовремя ложиться спать? Описание, фото и видео

За счет разной температуры обжига глазури придают разные оттенки — от желтовато-зеленого, как у традиционных изделий, до красного или даже голубого

«Изделия сулевкентских мастеров отличались от любых других довольно скупым рисунком, а главное — глазурью, которой покрывали верхнюю часть изделия. Глазурь делали особенную, с добавлением свинцового порошка — о вреде свинца тогда не знали. Потом старинный рецепт использовать перестали, он был забыт. Я пытался самостоятельно восстановить его — получилась глазурь желтоватого оттенка, но матовая, а не глянцевая, как у старых мастеров», — рассказывает Рустам.

Теперь Абдуллаев и его ученики используют в работе безопасную фабричную глазурь для керамики. За счет разной температуры обжига ей придают разные оттенки — от желтовато-зеленого, как у традиционных изделий, до красного или даже голубого.

«У нас современная газовая печь, которая керамические изделия обжигает за четыре часа, при этом можно выставить любую температуру. Для глазури, например, нужно 1000 градусов. Когда достигается нужная температура, печь сама отключается, не дает набрать больше. А раньше керамику обжигали по два-три дня, в специальной дровяной печи — туруме», — рассказывает Рустам.

Раньше керамику обжигали по два-три дня в специальной дровяной печи — туруме

Сейчас турум, как и образцы старинной сулевкентской керамики с той самой свинцовой глазурью, можно увидеть в сельском музее. Меньше года назад Рустам с ребятами занимались здесь же, в соседнем помещении. Новый цех помогли построить власти района при поддержке республиканского правительства. «Пока у нас все только развивается. Сейчас холодно, с глиной плохо, а летом будем расширяться», — уверен руководитель сулевкентской художественной школы.

Дагестанские мастерицы гончарного ремесла.

Взято у dementievskiy в Мастера гончарного ремесла.
Мы приехали в село Балхар уже ночью, я стоял недалеко от дома, рядом с припаркованной машиной и курил. В узком просвете между двух домов появилась сгорбленная фигура с клюкой, отбрасывающая длинную тень в свете единственного на всю улицу фонаря. По мере того, как старая женщина шла в мою сторону, эта тень медленно удлинялась, подкрадываясь ко мне всё ближе и ближе. Я молча наблюдал за ней, и в голове промелькнуло достаточно много разнообразных мыслей, прежде чем старуха подошла так близко, что бы можно было поздороваться.
Что, милок, машину охраняешь?
Я ещё не успел ответить, как она продолжила.
У нас тут ничего не случается, ничего не случается. Повторяя несколько раз эту фразу, старуха так же неспешно поковыляла мимо меня, в кромешную темноту, куда уже не добивал свет уличного фонаря.

DEM_9420

Рано утром, выйдя из дома и осмотревшись, мне подумалось что я нахожусь на самом краю земли. Куда не посмотри, всюду полуразвалившиеся дома, а за селом поднимаются горы, очертания которых нечётки в утреннем тумане. И, наверно, вот за этими горами начинается ничто, где уже "ничего не происходит". Хотя рассказывают, ещё в 90ые годы жизнь тут кипела так, что порой даже горячо бывало. Теперь же село медленно разрушается, и люди, словно фигурки из старой киноленты, ещё ходят, что-то делают, но уже понятно, что скоро всё закончится. Молодёжи в селе нет, вот и гончарное искусство пришли показывать женщины в годах. Кто то из них уже и ходит еле-еле, и согнут в три погибели, но горшок по прежнему делают быстро, и узор наносят уверенно.

Любой, даже самый маленький горшок начинается с глины. Чтобы эту глину добыть, надо отправиться в короткое, километра два, не больше, путешествие за село. Мы с утра нашли добровольца, симпатичного осла, который после долгих пререканий согласился отправиться за глиной.

DEM_0219

И вот, недовольный ослик, напевая песенку про маленькую лошадку и большой груз, приволок две корзины глины. Глину выгрузили тут же у дверей дома, где её хозяйка переберёт и замочит.

Читайте так же:
Почему кошка ложится на больное место человека?

DEM_0335

Что бы из глины что то сделать, её сперва надо размять и очистить от крупных включений, травы, камней и прочего мусора который ещё остался. Глину замешивают, расстилают палас и начинают мять. Одной ногой. Двумя это делать очень неудобно. Фатима рассказывает, что как-то на шпагат чуть не села, разминая очередную порцию глины. После того, как внутри неё раздаются звуки на вроде щелчков, считается что глина готова к употреблению.

DEM_0486

DEM_0492

Пока я наблюдал за процессом, обратил внимание на два комка сена, лежащие на табуретке. Прикольно, оказывается так тут хранят сыр, он внутри травы может долго лежать и не портится.

DEM_0225

Нужное количество глины кладут на круг и начинается самое главное — создание формы. Кстати, круг приводится в движение не ногами, а рукой. Всё так просто, что проще некуда.

DEM_9581

Минут 10-15 и уже можно узнать форму будущего кувшина.

DEM_9701

Тут же на кувшин наносятся узоры, и после этого его откладывают, чтобы глина подсохла. До того, как он попадёт в печь, он должен подсохнуть и после этого его ещё шлифуют.

DEM_9800

Мы показали женщинам фотографию музыкантов, которых снимали в предыдущем селе, и попросили сделать что-то похожее в керамике. Вот эта фотография.

DEM_8902

И вот что у них получилось.

DEM_9994

Печь не разжигают ради одного-двух изделий, это было бы слишком неэффективно. Собралось довольно много женщин, и комната-музей на время превратилась в цех по производству кувшинов и игрушек.

DEM_9913

DEM_9944

В селе есть несколько домов, в которых есть рабочие печи, и мы отправились на поиски добровольцев. В одном доме нам не отказали, правда, пришлось подождать, пока женщины закончат печь хлеб, что бы заняться печкой. Мы, конечно же, не отказались от чая с чебрецом и свежего хлеба.

DEM_0224

DEM_0172

На предыдущем снимке две женщины с которыми я общался, пока пёкся хлеб. На переднем плане кувшин, это не музейный экспонат, с такими кувшинами тут ходят за водой. Я попробовал поднять его, когда он наполнен до краёв, совсем не лёгок.

DEM_0239

Но вот чай закончился, и мы идём смотреть на печку. Печь сама по себе довольно большая, и ради одного-двух изделий её никто топить не будет.

DEM_0407

Сперва накапливается нужное количество предметов, только потом начинают разводить огонь. Она довольно большая, настолько что внутрь может залезть небольшая женщина. Я уже выкладывал фотографию в инстаграме. Женщина забирается внутрь для того, чтобы равномерно распределить по всей площади фигурки, тарелки и кувшины. Со стороны это всё смотрится конечно сюрно )

DEM_0456

А дальше начинается обжиг. Причём нет конкретного времени, сколько надо обжигать и какой должен быть огонь. Каждый раз решение принимается тем мастером который производит обжиг.

DEM_0497

Нам показали ускоренный процесс, а на самом деле обжиг длится около трёх дней, но у нас не было столько времени. В селе, помимо частных мастеров есть цех. Здание в аварийном состоянии, но в некоторых помещениях можно работать. Посмотрели на изделия, которые "лепят" на этом производстве.

DEM_0251

DEM_0258

DEM_0298

Отблагодарив всех, кто нам помог в процессе съёмки вернулись в дом, где остановились на ночлег. Мне очень понравилась комната-музей, я сделал несколько фотографий. Тут собрана утварь, которой в разные года пользовался род, живущий в этом доме. Не ошибусь, если скажу что тут собрана посуда за несколько столетий.
Наверняка, у каждой вещицы есть своя история, но у нас как всегда, нехватка времени, нужно засветло добраться до Махачкалы. Правда, есть шанс сюда снова попасть, меня пригласили на свадьбу. Я не буду забегать вперёд, если получится поехать, и всё будет так, как мне рассказали, я привезу очень интересную историю.

DEM_9507

DEM_9540

Читайте наше сообщество также вконтакте, где огромный выбор видеосюжетов по тематике "как это сделано" и в фейсбуке.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию